На главную    

   Биография

   Живопись

   Хронология    

   Фото архив    

   В поисках    
   Шамбалы    

   "Зажигайте    
   сердца ♥ ♥"   

   Сердце Азии    

   Рерих в    
   Петербурге    

   Статьи о
   Рерихе    

   Статьи
   Рериха    

   Беликов    

   Князева    

   Гостевая

   Музеи

   Ссылки


Николай Рерих
   Николай Рерих
   1939 год




   

Николай Рерих. Зажигайте сердца. Глава четвертая. Сеятели

  
   

Зажигайте сердца!

Вступление
Книга большого пути
Глава первая
Глава вторая
Глава третья
Глава четвертая
Сеятели
Творчество - 2
Мастерская Куинджи - 2
Врубель
Серов
Суриков
Чурлёнис
Горький
Толстой и Тагор - 2
Юон и Петров-Водкин - 2
Первопечатник Федоров
Мусоргский
Пандитджи
Скрябин
Римский-Корсаков
Репин
Святослав
Глава пятая
Глава шестая
Глава седьмая
Глава восьмая

   


В далеких Гималаях получены две прекрасные книги о замечательных русских художниках Юоне и Петрове-Водкине. Обе книги изданы в Москве в 1936 году. Видимо, художественные редакторы Г.А.Кузьмин и М.П.Сокольников потрудились, чтобы оправить творчество мастеров достойно. Удачно собраны картины и хороши цветные воспроизведения. Тексты Я.В.Апушкина о Юоне и А.С.Галушкиной о Петрове-Водкине вдумчивы и дают богатый материал.
Апушкин начинает книгу о Юоне словами:
«В Москве, в Третьяковской галерее, есть портрет Юона работы Сергея Малютина, помеченный 1914 годом. Это крепко и сочно, в присущей Малютину манере сделанное полотно ценно для нас не только как самодовлеющее произведение искусства и не только как внешне точная передача изображаемого лица. Нет, ценность этого портрета значительнее и глубже, ибо он является попыткой проникновения во внутренний мир изображаемого, является опытом психологического раскрытия и объяснения человеческой личности.

Несмотря на то, что с момента написания портрета прошло более 20 лет, несмотря на то, что 17 из этих 21 опалены бурным дыханием революции, несмотря на то, что Юону сейчас уже не 39, а почти 60 лет, портрет этот сохраняет весь свой смысл и всю силу удивительно верной характеристики, данной художником художнику. Вот вглядитесь. На тахте, в несколько небрежной и в то же время удивительно покойной, я бы сказал, эпической, позе сидит человек. На нем черный, строгий, хорошо сшитый сюртук; плечом он прислонился к стене; одной рукой, несколько вывернутой, он опирается на колено, другой - на край тахты. У человека круглая, коротко, почти по-татарски, остриженная голова. Черным, тщательно подбритым клином на белизне крахмального воротничка выделяется борода. Под такой же черной, так же тщательно подбритой полоской усов спокойный, с несколько утолщенными губами рот. И глаза, внимательные, пристальные глаза человека, привыкшего видеть, глаза живописца. Это Юон.
Он спокоен, корректен, точен; он внимательно и углубленно задумчив; ни капли богемности, ни на йоту романтической «вдохновенности», никакой внешней растрепанности и никакой растрепанности чувств и мыслей. Он весь как бы собран воедино и ясен. И если нужно какое-нибудь слово, которое наиболее точно выражало бы его человеческую сущность, это слово будет «мастер».
...«В современной действительности художник прежде всего хочет видеть ее положительные стороны, а в человеке - сильного строителя новой жизни. В этом подъемном восприятии окружающего и положительном отношении к советской действительности и заключается основная ценность его искусства. Такие работы, как «После боя», «Матери», «Смерть комиссара», являются большим вкладом в советское искусство. Лишенные случайности и бытовой мелочности, они исполнены простоты, ясности и проникнуты героическим пафосом. Новые задачи, поставленные Петровым-Водкиным в последних работах, расширяют его искусство за рамки станковизма. Художник проявляет определенное стремление к монументальности и идет к завоеванию новых форм». Характеристики глубоки; еще надо добавить, что оба мастера остаются художниками русскими. Разные они, совсем не похожи друг на друга, но русскость живет в них обоих. Убедительность их творчества упрочена исконною русскостью. И в этом их преуспешность.

И Юон, и Петров-Водкин прикасались к иноземному художеству. Юон всемирно мыслит в «Творении мира». Петров-Водкин сам говорит, что наиболее сильное впечатление произвел на него Леонардо да Винчи; вторым мастером, поразившим его в Италии, был Джиованни Беллини: «Встреча в галерее Брера с Джиованни Беллини застряла во мне навсегда». Петров-Водкин проходит и Париж и мюнхенский Сецессион. Он любит и Пюви де Шаванна, и Гогена, и Матисса, внимательно вглядывается в разных мастеров, но в сердце остается художником русским. В этом особенно трогательная заслуга и Юона, и Петрова-Водкина.
С обоими мастерами приходилось много встречаться, но никогда не сталкиваться. Помню беседы с Юоном. Константин Федорович всегда вносил спокойную убедительность. Он не раздражался в исканиях, но творил так, как по природе своей должен был выражаться. Юон всегда крепок, силен, нов. Нельзя его ограничить русской провинцией или русской природой, в нем есть русская жизнь во всей полноте. Юоновские кремли, Сергиева лавра, монастыри и цветная добрая толпа есть-жизнь русская. Сами космические размахи его композиций тоже являются отображением взлетов мысли русской. Краски, построение картин, свежая техника всегда порадуют. У Юона много учеников. В его руководстве закалится молодое сердце.
Так же хорошо, что Петров-Водкин дал многих учеников. Редко можно найти такое счастливое сочетание, чтобы мастер, впитавший лучшие достижения Запада, остался исконно русским и нашел бы убедительный язык в своем руководительстве. А Кузьма Сергеевич умеет быть, огненным.

  далее...


 Циклы творчества:   Древо преблагое   Страж пустыни   Розовые горы   Меч Гэсера   Печоры   Знаки Христа

"Это чудо совершил один человек, один художник - Рерих, заслуживающий все больше и больше восхищения за ту последовательность и энергию, с которой он борется за живое искусство против мертвечины и казенщины" (А.Н.Бенуа)

www.roerih.ru, Николай Константинович Рерих, 1874-1947
Русский художник, философ, путешественник. E-mail - niko(a)roerih.ru


Rambler's Top100