С большим поэтическим чутьем решен один из труднейших эскизов «Рондские скалы», переносящий зрителей в сказочное царство Доврского деда. Тяжелые каменные глыбы нагромождены в хаотическом беспорядке. Но чем больше всматриваешься в них, тем яснее в их причудливых очертаниях начинают вырисовываться странные формы, отдаленно напоминающие гигантское ухо.
Коричневые и зеленые тона, переходящие в более светлые и сочетающиеся с розовыми, кажется, таят в себе глухие звуки, глубинное эхо. Зеленая краска в некоторых местах положена поверх розовой тонким просвечивающим слоем, мягкие бархатистые тени скрадывают многие грани.
От этого создается впечатление, что скалы при всей четкости, ясности объемов могут изменить свои формы и исторгнуть из глубин невиданные существа. Как у Врубеля его знаменитая жемчужная раковина живет чудесной сказкой красок и линий, причудливых узоров и образов, так и у Рериха камни обрели особую жизнь.
Рожденные творческой фантазией Ибсена и Грига и талантливо претворенные Рерихом в зримые формы, эти сказочные скалы как бы внемлют голосу своего повелителя и несут в себе сокрытую колдовскую силу.
Просто, с большим настроением была задумана последняя картина. Занималась заря. Среди высоких стройных деревьев постепенно начинала вырисовываться лесная поляна и одинокая избушка. При появлении Пер Гюнта и Сольвейг солнце заливало ласковым, ликующим светом всю сцену.
Судя по отзывам печати, эта заключительная сцена была очень выразительной и в подаче ее артистом Л.Леонидовым, исполнявшим роль Пер Гюнта. Она до глубины души тронула зрителей, пробудила в зале добрые, светлые чувства. Поэт С.Городецкий писал Рериху после спектакля:
«Когда я вчера увидел, как Пер Гюнт возвращается к Сольвейг, я не мог удержать слез тоски и восторга. Вид пламенных сосен, синей реки и высокой избушки теперь навсегда во мне и со мною, как и сама светлая Сольвейг, ждущая там. Как чудесно Вы создали все эти пейзажи!» Работая для театра, Рерих проявил своеобразное отношение к декорационному искусству.
Он никогда не вдавался в суть театральной техники, не интересовался тонкостями режиссерских замыслов, сам никогда не писал декораций. Театру он давал только эскизы, выполненные по законам станковой живописи. Не случайно его театральные работы смотрятся как совершенно законченные самостоятельные картины, а не подготовительные черновые наброски к декорациям.
По признанию самого художника, многие литературные сюжеты его интересовали подчас больше как материал для картин, чем для театральных постановок. Однако при всем этом Рерих настолько остро чувствовал задачи театральной живописи, настолько мастерски владел монументальными формами и цветом, что его эскизы, претворенные в декорации, неизменно встречали восторженный прием.
Обычно Рерих сам присутствовал при создании декораций, сам подбирал их исполнителей. Среди них были такие известные художники, как Б.Анисфельд, С.Судейкин, В.Замирайло, П.Наумов и другие. Но в тех случаях, когда эскизы попадали в руки посредственных мастеров, замыслы Рериха искажались до неузнаваемости и ему приходилось переживать тяжелые дни.
Так произошло с постановкой любимой им «Снегурочки» в петербургском драматическом театре Рейнеке в 1912 году. В подготовке спектакля Рерих совершенно не участвовал. Декорации, выполненные без его консультаций, были настолько плохи, что вызвали в печати резкую критику и осуждение. Не удивительно, что художник вынужден был послать в одну из газет письмо, в котором заявил о своей непричастности к созданному.
В 1914 году осуществилась заветная мечта Рериха о полной постановке оперы «Князь Игорь». Еще в 1908-1909 годах им были созданы поэтичные Эскизы декораций: «Путивль», «Двор Галицкого», «Терем Ярославны», «Половецкий стан», «Плач Ярославны».
Но тогда для спектаклей в театре Шатле был использован только «Половецкий стан». Теперь для антрепризы Дягилева в Лондоне Рерих заново пишет эскизы. Он изменяет композиционный и колористический строй некоторых из них, вводит дополнительные исторические детали. Знаменитая сцена «Половецкого стана» трактуется теперь в лунном освещении теплой южной ночи.
Изумительно, как самоцветы, горят в ней зеленые, синие, желтые, темно-красные тона. С большой любовью сделаны эскизы декораций «Двор Галицкого», «Путивль», «Плач Ярославны». В них развернуты величественные картины древней русской земли: причудливые деревянные постройки, вид старого города с изящным белокаменным собором, могучие крепостные стены.
Исполненные с большим знанием национальной архитектуры, умением передавать самое характерное в форме и цвете, они смотрятся как законченные исторические композиции.
Эскизы декораций и костюмов к «Князю Игорю» были одной из последних работ Рериха для театра в России. По проникновению в мир русской старины, по красоте живописного решения они принадлежат к лучшим творениям мастера.
"Рериха можно сравнить с гигантским деревом, пустившим корни глубоко в одном месте, а свои великолепные ветви раскинувшим широко кругом - по всему миру. Из всех современных народов русские имеют, быть может, самых величайших гениев искусства, и если есть какой-либо великий Ренессанс искусства, в глубоком значении Парфенона, то выявление его выпало на долю России. Русскость Рериха не случайна и соединена с его непрерывным маршем по всему миру". (Барнет Д.Конлан)
www.roerih.ru, Николай Константинович Рерих, 1874-1947 Русский художник, философ, путешественник. E-mail - niko(a)roerih.ru